Полная версия книги - "Юрий Никитин - Летучий голландец"
Он сказал это с таким бешеным напором, что Назар невольно взглянул на небо, и ему показалось, что с детства знакомые созвездия, подчиняясь чудовищной воле этих грубых и невежественных людей, передвинулись и стали на указанные места.
Далеко впереди блеснула искорка. Исчезла на миг, сверкнула снова уже ярче. Судя по скорости перемещения, это был ракетный спасательный катер. Он держал курс прямо на каравеллу: радиостанция жилета подавала сигналы четко.
Ван Страатен опустил подзорную трубу, сказал что-то коротко и резко. Плотник помедлил, тяжело посмотрел на капитана. Ван Страатен повернулся к нему, повторил приказ, повысив голос.
Плотник опустил голову, ответил почему-то по-русски:
- Будет исполнено, кэптен..
Поколебавшись, бережно снял с шеи нательный крест, поцеловал благоговейно и надел Назару. Тот ощутил прикосновение к шее мокрой волосяной веревочки. Крестик задел щеку, оставив странное ощущение тяжелого живого металла.
Вдруг, не успел Назар опомниться, сзади схватили огромные руки, взметнули над палубой. Назар закричал. Кто-то ругнулся над ухом.
- Чего вопишь? - донесся сумрачный голос плотника. - За тобой идут. В сем камзоле тебе надежнее, чем у нас... Не сгинешь.
Назар почувствовал, что его переваливают через борт. Он ударился ногами, услышал рядом тяжелое надсадное дыхание. Пахло солью и крепким мужским потом.
В этот момент корабль сильно накренился, и Назар сорвался в бездну.
Его выловили через две минуты. Странно, никто не вопил, что видит корабль-призрак. Летучего Голландца уже никто не видел, да и что можно было заметить в такую бурю в кромешной тьме?
Очутившись на палубе атомохода, Назар инстинктивно пошарил на груди, вспомнив крестик плотника. Пальца скользнули по синтетической ткани жилета... Пусто...
"Привиделось, - мелькнуло в голове, и он ощутил несказанное облегчение от того, что все в мире снова стало понятно и обыденно. Фу-у... А я уже подумал..."
И в этот момент нащупал на шее волосяную веревочку. Без креста. Долго лежал, закрыв глаза. И, успокаиваясь, думал, что со временем сумеет убедить себя, что сам зачем-то надел на шею эту веревочку.