Полная версия книги - ""Фантастика 2025-140". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Смертная Елена"

Марина хотела было попросить его не обращаться так к ней и вдруг сообразила, что, по-хорошему, это не Ксавьер должен говорить проще, а она — обращаться к нему уважительнее. Это раньше, когда она не знала о его статусе, «тыкать» ему, как и прочим ученикам в классе, было нормально. Но теперь-то было как минимум две серьезных причины так не делать: его статус и его возраст. Плюс, конечно же, воспитание.

— А Вам… — Марина замялась, чувствуя себя неловко, что только сейчас сообразила сменить манеру обращения, — Вам тоже оскорбительно подобное отношение?

— Лет пять назад было бы, — подумав, признал Ксавьер. — Теперь уже все равно. Мой статус более ничего не значит в этой жизни. Я это понимаю и смирился. Но общество — нет. Призрак прошлого будет довлеть надо мной до конца жизни. Если только я не перееду в совсем уже далекую страну на другом конце земли.

— Ну да, так себе идея, — признала Марина. — И чего мне, по-Вашему, не хватает до соответствия образу благородной?

— Неумение читать и дурная осанка — самое заметное, — без всяких эмоций честно сказал он.

— А что не так с моей осанкой? — удивилась Марина, выпрямляя плечи. Она, конечно, сутулилась порой, но только когда что-то писала. А уроки обычно вела стоя и спину при этом выпрямляла.

— Вы позволите? — Ксавьер протянул к ней руки.

Марина неуверенно кивнула, хотя почувствовала себя вдвойне неуютно.

— Плечи нужно не только отводить назад, но и осаживать вниз, — сказал он, довольно неприятно разворачивая ее плечи. — Затылком тянитесь наверх. Подбородок подайте назад.

— Это еще как? — изумилась Марина.

— Вместе с головой, разумеется, — пояснил мужчина, помогая ей принять нужное положение. — Вы шею вперед вытягиваете, будто черепаха.

— Это, наверное, из-за смартфонов, — сообразила Марина. — Привыкла голову наклонять, вот шея вперед и смотрит.

— Отвыкайте, — сказал Ксавьер. — Еще нужно грудную клетку развернуть.

— Выпятить? — фыркнула Марина.

— Нет, — спокойно сказал он. — Развернуть. Вот эту точку позвоночника подайте вперед. А плечи и голову при этом оставьте на месте.

Он коснулся пальцем одного из ее позвонков и надавил.

— Кхэх, — выдохнула Марина, принимая нужное положение. — Я так дышать нормально не могу. Будто в корсете.

— Это вопрос привычки, — заверил ее мужчина. — Кстати о корсете: благородным дамам он не мешает. Они с детства приучены держать спину подобным образом. Корсет лишь уточняет форму фигуры.

— Фух, — вздохнула Марина, поняв, что долго так не просидит.

— Упражняйтесь каждый день понемногу, — сжалился над ней Ксавьер. — И выпрямляйте спину всякий раз, как ловите мой взгляд. Я буду вашим беззвучным напоминанием.

— С-спасибо, — сказала Марина, подозревая, что в ближайшие недели возненавидит встречаться с ним взглядом.

— Ну что, а теперь приступим, наконец, к уроку? — предложил Ксавьер.

Марина покосилась на своего неожиданного учителя. С ее точки зрения урок шел уже несколько минут. Но мужчина, похоже, считал, что он даже не начал.

…

— Не давите на перо, — командовал Ксавьер несколько минут спустя. — Если зацепится, будет еще одна клякса.

Марина окинула взглядом свой листок. Клякс там было порядочно, и одной больше, одной меньше — уже не имело значения.

— Вот этот изгиб ужасен. Будто ребенок рисовал, — продолжал критиковать он. — Я надеюсь, Вы хоть букву-то запомнили?

— Э-э-э… — в растерянности протянула Марина.

— Нет, не «Э», — укоризненно глянул на нее мужчина. — Спину!

Она со скрипом выпрямилась. Это был не урок, а настоящая пытка.

— Это «У», — подсказал ей Ксавьер. — Ну, или «уй» в некоторых словах.

Марина медленно повернула к нему голову, пораженная неожиданной мыслью.

— А они что, они еще и читаться могут по-разному? — в ужасе спросила она, припоминая примерный объем исключений в родном языке.

Ксавьер замер, а после небольшой паузы отметил:

— Кажется, с парой дней я поторопился, — сказал он. — Думаю, после наработки каллиграфического письма стоит посвятить еще пару недель чтению. Пару недель… или пару месяцев.

«Или пару лет, — мрачно добавил внутренний голос. — Марин, давай его отравим? Его и Амадеуса. Так всем будет легче».

Марина отвергла это заманчивое предложение. У нее и так количество учащихся мужского пола было минимальным. Если их еще и травить, то совсем дебет с кредитом не сойдутся, и придется почковать Пузыря или Дубка.

— Переходим к следующей букве… — начал было мужчина, но Марина его остановила.

— Ксавьер, Вам не кажется, что дымом пахнет? — спросила она. Ее, как жителя городского и к дыму непривычного, такие запахи сразу напрягали.

Они переглянулись. Ксавьер сдвинул брови, торопливо выбрался из-за парты и распахнул дверь лаборантской. Марина опасливо выглянула из-за его плеча. В ее комнате все было в порядке. Тогда они открыли дверь в коридор.

— Горим, — сказала Марина, почуяв, что запах усилился. Хотя, откуда он исходил — из коридора или нет — точно сказать было нельзя.

«И никакой тебе пожарной сигнализации, — возмутился внутренний голос. — А если ночью так?»

В следующее мгновение Марину неожиданно подхватили на руки, поднесли к окну и осторожно выставили на улицу. Под дождь.

— Но… — начала было она.

— Сейчас вернусь, — бросил Ксавьер и исчез за дверью. Марине оставалось только тревожно заглядывать в полумрак корпуса, с улицы казавшийся непроглядным.

Глава 2

Далее произошла странная вещь. Одно за другим, по порядку, окна открывались, и из них выскакивали под дождь недоумевающие магики. А некоторые — выпадали, вышвырнутые с ускорением.

Марина пошла в их сторону, собирая всех в кучу и пересчитывая.

— Так. Леам и Крис, — сказала она. — «Мозговитые» эвакуированы, значит. Леам, ты Сережу взял?

— Взял, — уже слегка мокрый от мороси эльф продемонстрировал извивающееся тельце мыша-мутанта. Тот подтвердил свое наличие крепким словцом.

— Уильям, Персиваль… — продолжила отмечать девушка. — А где Денеба?

— Туточки я, — отозвалось невидимое нечто. Но Марина и так уже заметила прозрачную аномалию, на которой висели в воздухе дождевые капли. И судя по их подрагиванию, Денеба в кои-то веки жалел, что ходит вечно голышом: дождик был довольно прохладным.

— Значит, «Наглость» тоже эвакуированы, — подтвердила Марина. — О, и «Ярость» тоже.

Она кивнула при виде валькирий, обсуждающих странное событие.

— Так, ребята, встали по парам и идем на другую сторону — проверять остальных, — громко скомандовала она.

— По парам — это как? — недоуменно уточнил Персиваль и уставился на рядом стоящего Уильяма. Тот уставился на него в ответ. На лицах у обоих появилось гадливое выражение.

— По парам — это по парам, — отрезала Марина, которая была не готова сейчас решать их межличностные конфликты. — Уильям, иди сюда! Остальные встаньте в колонну по двое и за нами.

Она взяла мага за руку и поторопилась на другую сторону здания. Там уже тоже мокли недоумевающие магики.

— Так, Флокси с Кассандрой — есть, — продолжила считать Марина. — Еж, Гора и Пузырь — тоже. О, а вон и наши «Красавчики». Вроде, все. Хотя, стоп, а где Дубок? Ребята, Дубка кто-нибудь видел?

— Он там, возле Помора прохлаждается, — махнули руками сестры. — Он в дождь всегда на улицу выходит. Говорит, дождевая вода вкуснее и света так больше.

— Говорит? — недоуменно повторила Марина, плохо себе представляя, какой частью тела должно разговаривать живое дерево.

— А че мы тут собрались-то? — не понял Еж.

— Это называется «эвакуация», — пояснила Марина, обнимая себя за плечи: стоять под дождем было довольно зябко. — В корпусе дымом пахнет. Возможно, пожар.

— А, понятно, — протянул Еж. — А кто тогда тушит?

Все недоуменно переглянулись.

— Ксавьер! — вскрикнула Марина, поняв, что мужчина вывел всех, но не вышел сам, и метнулась к дверям корпуса. А за ней — вся толпа.