Полная версия книги - ""Фантастика 2024-104". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Седой Василий"

Однако Сахариха уже ничего не слышала. Устала, намаялась за день на гулянке, подготовка к которой началась с самого утра. Как только устроилась на заднем сиденье «Шевроле», сразу задремала, свернувшись калачиком и тихо посапывая.

— Я её к себе увезу, — сказал Жека, садясь за руль. — Завтра доставлю, куда скажете. Всё будет хорошо, не волнуйтесь. В жизни всякое бывает, а такой праздник лишь раз в год. До свиданья!

Джип медленно вырулил с парковки «Гудка», посигналив на прощание.

По ночному городу Жека добрался до дома быстро. Пока джип ехал по тёмным дворам речки, фары то и дело выхватывали из темноты толпы гоповатой молодёжи. Посторонним тут не место, но машину Жеки знали, провожая внимательными взглядами. Даже брось тачку он тут без присмотра, ничего бы с ней не стало — из этих парней каждый хотел попасть к центровым.

«Шевроле» оставил на ночь прямо у подъезда, чтобы удобнее тащить в квартиру разморившуюся Сахариху. Дома положил подружку на диван, как была, в платье и босиком, разделся сам, вскипятил чайник, заварил кофе. Выпил он в «Гудке» мало, но всё равно не спалось. Включил музыку, зажёг торшер над креслом и сидел, читая книгу, попивая кофе и покуривая сигарету, как некий элитарий в очках.

Сахариха встала посреди ночи с гудящей головой и стойким отходосом. Но почти трезвая.

— Где я? — недоумевающе спросила она, садясь на диване, и смотря на босые ноги. — Где мои туфли?

— Где ты? Догадайся с трёх раз, — рассмеялся Жека. — У меня ты. Вчера в коматозе тебя притащил. Накидалась ты хорошо.

— Эх… — печально вздохнула Сахариха, поднялась, сняла платье и в одних трусиках почапала в туалет. Жека проводил подружку внимательным взглядом.

— Кофе будешь? — спросил Жека.

— Ага, — согласилась Светка, и бухнулась опять на диван спать.

Проснулась Сахариха первой и, как ни странно, свежей и отдохнувшей, словно и не пила. Дорогое шампанское как пришло, так и ушло. Жеке же было тяжеловато: ночь прошла ни так ни сяк. Курил, пил кофе, читал… Уснул только под утро прямо в кресле, и сон был такой же скомканный, полный кошмаров и какой-то херни.

— Вставай, соня!

Насмешливый голос выспавшейся Сахарихи заставил проснуться. Светка щеголяла в Жекиной английской рубахе. Стояла, нагло подбоченясь, в руке чашка кофе.

— Ты здесь спал? — Любимая подошла, погладила Жеку по голове, взъерошив прическу, поцеловала в макушку. — Пойдём завтракать, я английский завтрак приготовила.

Пока принимал душ, гадал, что там за английский завтрак — в холодильнике мышь повесилась. Оказалось, английский завтрак — это тосты. По-простому — старый хлеб, извалянный в яйцах и поджаренный на сливочном масле. После ресторанных деликатесов выглядело очень просто, но казалось, вкуснее ничего не ел. Налили по бокалу вина, найденного в холодильнике.

Светка сидела напротив и ела, держа тост в левой руке, аккуратно откусывая по кусочку, а в правой держа бокал с вином, попивая в своё удовольствие. Лицо свежее и довольное, как никогда.

— Классно повисели, да? — улыбаясь, спросила она.

— Да, — согласился Жека. — Но кому-то придётся платить за твою доставку.

— А кому-то придётся платить за твой завтрак, — хихикнула Сахариха.

Смотрелась она очень сексуально в Жекиной рубахе, доходившей ей до середины бедра. Упругие девичьи груди нагло приподнимали вещь, не принадлежащую им, а крупные розовые соски пухлыми холмиками просвечивали через тонкую белую ткань. Такое нахальство было невозможно потерпеть! Да ещё эти тонкие стройные ноги, закинутые одна на другую и шевелящие пальчиками с красным лаком на ногтях… Сахариха смотрелась как ходячий секс-символ, к которому тянуло жадно и ненасытно. Это не Карина, на которую смотришь по долгу работы и отмахиваешься, чтоб не лезла.

Жека схватил взвизгнувшую подружку на руки и унёс на кровать. Расстегнул и сбросил на пол к чертям дорогую рубаху из «Престижа», надетую Сахарихой. Какая Светка белая, нежная и страстная! Она обхватила Жеку за шею и начала жадно целовать. Потом неожиданно сильно бросила его на кровать и запрыгнула сверху, прижав к простыне. Упругие груди качались в сантиметрах от губ Жеки.

— Попался! — тихо сказала Сахариха и стала осторожно, с удовольствием целовать любимого в губы, нос, лоб, грудь, плечи…

— Попался… — согласился Жека и закрыл глаза. Так хорошо ему не было ни с кем…

Два часа прошли как несколько минут. Потом лежали разгорячённые и опустошённые. Страсть ушла, оставив, как всегда, лёгкое послевкусие.

— А когда ты повезёшь меня домой? — спросила вдруг Сахариха, перевернувшись на живот, искоса взглянув на Жеку.

— А когда надо? — насмешливо спросил Жека,погладив Сахариху по щеке.

— Сейчас! — нагло заявила подружка. — Я хочу домой! Мне тут надоело!

— Ладно, — пожал плечами Жека. — Одевайся. Поехали хоть сейчас.

К закидонам Сахарихи он давно уже привычен и знал, что смены интересов и настроения для неё крайне характерны. Минуту назад — страстная любовь, а сейчас — вези домой побыстрее.

Приехали в Абрикосовый, а там гуляют. Иваныч позвал к себе на продолжение банкета всю близкую компанию. Наверное, соблазнил бильярдом и финской сауной с бассейном. У коттеджа стояли машины Хромова, Конкина, Буркова, ещё пара неизвестных дорогих иномарок.

— Ладно! Я пошла! Звони в случае чего! — Сахариха вышла из машины и убежала в дом. Следом стеклянная дверь коттеджа опять отворилась, и оттуда выглянул… сам Иваныч.

— А ты куда это свинтить хочешь? — крикнул авторитет. — Заходи давай, побазарить надо.

— Я пить не хочу! — предупредил Жека. — Мне вчерашнего хватило, да и завтра дел навалом.

— А кто тебе сказал, друг ситный, что я зову тебя на пьянку? — трезво спросил Иваныч. — Давай, давай, заходи. У меня там нужная компания собралась. Тебе полезно будет.

Жека недоумевающе пожал плечами, вышел из джипа и зашёл в дом. В гостиной сидела Елена Сергеевна с несколькими женщинами и девушками. Они о чём-то оживлённо разговаривали, рассматривая зарубежные каталоги. А нужная компания, о которой говорил Сахар, сидела в бильярдной. Столбом стоял дым от сигарет и сигар. И от дорогого виски. По меньшей мере 12-летнего «Чиваса».

За небольшим столом сидели Хромов, Конкин, Бурков и двое полукриминальных финансовых воротилы из областного центра, друганов Сахара, мотавших с ним срока тоже по экономике. При падении СССР получилось, что эти люди отсидели по пятаку совершенно напрасно: то, что в СССР считалось экономическим преступлением, в современной России стало символом успеха. Естественно, эти люди, выйдя на волю, попали в свою стихию и в рыночных отношениях плавали как рыба в воде, начав поразительно быстро раскручиваться, прибирая к рукам предприятия, начиная от прачечных, заканчивая небольшими угольными разрезами, которые отжали у красных директоров, оформив закрытые акционерные общества, пайщиком которых числился якобы трудовой коллектив. Потом акции были отжаты у рабочих по схеме, которую состряпал и Жека с приватизацией строительного управления металлургического комбината. Считались они в области людьми крайне серьёзными и опасными.

— Привет всем! — поздоровался Жека, садясь рядом и закуривая «Мальборо».

— Что-то ты странно начал: с сигарет, когда надо бы шлифануть рот вискариком, — рассмеялся Конкин.

— Сейчас шлифанёт, не ссы! — заверил Иваныч, доставая из старинного антикварного шкафа красного дерева ещё один квадратный тяжёлый бокал для виски. — Чтоб я да зятю не налил, что я, не русский, что ли?

Иваныч налил половину бокала, и протянул Жеке.

— Давайте и мы тогда уж причастимся святой водой, чтоб Женьке не пить в одиночестве! — предложил Конкин.

— Ваше дело предложить! — рассмеялся Иваныч. — Ставьте бокалы.

Чокаться не стали — не праздник, чай. Сидели, выпивали, разговаривали ни о чём. О своём, мужском… Автомобили, женщины, артисты, события в Москве. Жека недоумевал: и на хрена, спрашивается, пригласили его? Он такие темы терпеть не мог, их, в его представлении, вели люди старшего возраста. Ещё бы про здоровье и пенсию базары завели…