Полная версия книги - "Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович"

Александр спрыгнул с приличной высоты на узкую полоску берега и едва не угодил в воду.

— В таком случае им приходится изрядно попотеть, добираясь до места пикника, — заметил он, отряхивая с одежды пыль.

Ричард усмехнулся — едва ли не впервые на его памяти молодой аристократ позволил себе пошутить.

— Все-таки замечательное укромное местечко, — сказал он мечтательно. — Какой-нибудь древний правитель или прославленный разбойник могли бы зарыть здесь свои сокровища. Я непременно бы так и поступил, будь у меня сокровища.

— Кстати, о сокровищах, — посерьезнел Александр. — Я давно хотел поговорить с вами, Рик, о тех предметах, что вы и ваша сестра носите с собой.

Ричард напрягся. В голове вновь мелькнули старые подозрения и необъяснимое, но явственное ощущение опасности, связанное с юным аристократом. Он уже хотел вежливо дать понять собеседнику, что не желает говорить на эту тему, как вдруг его взгляд упал на гладкий бок одного из валунов.

— Не может быть! Это же рисунки! Посмотрите, сколько их, — воскликнул он, радуясь поводу уклониться от разговора.

И впрямь, поверхность валуна была испещрена множеством примитивных рисунков, сделанных бурой краской. Располагались они футах в четырех от земли и могли быть нарисованы либо ребенком, либо человеком ростом с ребенка.

Художника вдохновляли в основном сцены охоты: путешественники без труда узнавали слонов, носорогов, жирафов или львов в окружении множества маленьких человечков с копьями. Отдельные животные остались неузнанными — например, странный зверь, чудовищный на взгляд, с кошачьей мордой, но рогат. Рога его были грозно устремлены на схематично изображенных охотников.

Некоторые картинки были явно посвящены другим сторонам жизни неведомого племени. И не самым приятным сторонам. На одной из них странное существо, похожее на павиана, но с огромными острыми зубами, глодало… человеческую руку. Рядом с ним были изображены оторванные человеческие конечности без пальцев.

— Как вы думаете, кто это? — спросил Ричард, передернувшись.

— Наверное, местный кровожадный божок.

— Не хотел бы я встретиться с его приверженцами.

Путешественники дошли до конца валуна и неожиданно для себя оказались перед узкой расщелиной. Было непонятно, насколько она глубока — в нескольких футах от начала расщелина резко сворачивала, образуя естественный угол.

— Вы чувствуете?.. — вдруг спросил Ричард, скривившись. — Пахнет тухлятиной. Как будто там, за углом, кто-то…

— Смотрите! — перебил его Александр. Он быстро наклонился и поднял с земли маленький предмет, похожий на косточку из цыплячьего крылышка.

— Это кость… — уверенно заключил Ричард. — Я не анатом, но, по-моему… — Сыщик поднял к глазам ладонь. — Это фаланга человеческого пальца.

— Вы только посмотрите, сколько их здесь!

И впрямь, земля под ногами искателей приключений оказалась буквально усыпана подобными косточками. Временами попадались и более крупные, но в основном это были крошечные пястные кости маленьких людей.

— Это что-то вроде святилища с жертвенником! — сказал Ричард, окидывая маленькое пространство внутри каменного кольца новым взглядом. Теперь это крошечное озеро уже не казалось ему райским уголком. По спине пробежал холодок. — Давайте-ка выбираться из этого… логова подобру-поздорову.

И в этот момент со стороны саванны раздался выстрел. Друзья, не сговариваясь, бросились назад, разом забыв о пугающих рисунках и зловещих находках. Карабкаться по практически отвесным склонам валунов было неудобно: ноги постоянно скользили по гладкой поверхности камней, рукам было не за что уцепиться. С трудом преодолевая фут за футом, молодые люди приближались к вершине каменного кольца.

А выстрелы уже гремели один за другим. Теперь друзья слышали еще и громкие отрывистые команды Али, и возбужденные крики бабуру, но, кроме этого, они уловили и другие звуки: странное разноголосое шипение вперемешку с режущим ухо верещаньем. Все это красноречиво свидетельствовало — отряд подвергся неожиданному нападению.

У Ричарда замерло сердце, когда он понял, что до сих пор не слышит Лизи. Сыщик удесятерил усилия и буквально взлетел на вершину последнего валуна. Картина, открывшаяся его взору, поражала воображение и вселяла настоящий ужас.

Из саванны к подножью каменой гряды, под которой расположился лагерь, накатывало невиданное воинство. В первый момент Ричард подумал, что это стадо диковинных животных, неизвестных доселе европейской науке: они бежали на двух жилистых ногах, хлопая на бегу короткими пышными крыльями, имели длинную толстую шею и… две головы. Одна из голов была птичьей, а другая — в это трудно поверить — человеческая. При этом именно человеческая голова была увенчана ярко-красными перьями. Существа в две глотки издавали эти странные шипяще-верещащие звуки и потрясали маленькими дротиками в коротких ручках.

Только вглядевшись в странных птицелюдей получше, Ричард понял: перед ним огромные страусы, а их седоки — маленькие воинственные пигмеи. Несколько нападавших и их птиц уже лежали на земле, сраженные винтовочным огнем, но из высокой травы появлялись все новые и новые всадники.

Бабуру испуганно метались по лагерю, мешая наемникам целиться в атакующих пигмеев. На глазах у Ричарда двое носильщиков упали, пронзенные дротиками, а один был сбит с ног страусом.

Высматривая Лизи, сыщик заметил, что Меркатор, взобравшись на один из валунов, лихорадочно заправляет патронную ленту в митральезу. Так и не найдя девушку, Ричард сделал несколько рискованных прыжков вниз. Остановившись футах в пятнадцати над землей, он выхватил револьвер и выстрелил в ближайшего наездника. Коротышка слетел с птицы, забившись в судорогах на земле. Но страус, потеряв седока, и не подумал убегать — он сам по себе был грозным оружием. Разъяренная птица бросилась на ближайшего сомалийца, который в это время перезаряжал карабин, и нанесла сильный удар клювом по голове наемника. Удар не был смертельным, но оружие вывалилось из рук стрелка, а сам наемник отлетел в другую сторону.

Над головой Ричарда прогремело подряд три выстрела. И хотя Александр находился гораздо выше него — а вести из револьвера прицельный огонь на таком расстоянии практически невозможно, — все три пули достигли цели. Две птицы лишились наездников, а одна упала с простреленной шеей, причем ее всадник был убит тем же выстрелом.

— Скорее вниз! — крикнул Александр, делая еще один выстрел. — Мне нужно достать «Шарпс»!

Он сунул револьвер за пояс и принялся спускаться к Ричарду. Наблюдая за неуклюжими движениями длинноногого аристократа, сыщик содрогнулся от уверенности, что сейчас тот сорвется и полетит вниз, ломая кости о каменные уступы. Но ничем помочь другу Ричард не мог. Страх за Лизи нарастал в его душе с каждой секундой. Девушки нигде не было видно.

А врагов все прибывало. Они выныривали из зарослей слоновой травы один за другим, и вот уже несколько дюжин птичьих всадников атаковали маленький лагерь.

— Лизи! — не выдержал Ричард, когда патроны в его револьвере кончились. Отчаяние звучало в его голосе. — Где ты? Откликнись!

Но если девушка и ответила, ее крик утонул во внезапном грохоте митральезы. Меркатор наконец справился с лентой и вступил в бой. В первые секунды шквального огня ряды наступающих дрогнули. Пули рвали тела страусов и их наездников буквально в клочья. Во все стороны полетели комья окровавленных перьев с кусками плоти — птичьей и людской. Страусы разразились возмущенным клекотом и замедлили бег. Некоторые из них даже повернули назад, но режущий уши пронзительный свист остановил бегство. Пигмеям неведом был страх, и они заставили животных повиноваться. Новая волна атакующих захлестнула лагерь.

Ричард спрыгнул на землю. Каким-то чудом он оказался на том самом месте, где они с Александром начали восхождение. На расстоянии вытянутой руки он увидел прислоненную к скале «Биг Фифти». Рядом валялась сумка Александра. Сыщик раскрыл ее и тут же увидел коробку патронов для винтовки. Александр был уже рядом, сползая на животе с очередного уступа.