Полная версия книги - "Небо в кармане 6 (СИ) - Малыгин Владимир"

И уточнил у полковника:

— Вас ждать?

— Выносите. Ждите. Мы тут быстро закончим, — утвердительно кивнул Зубатов.

Проводили взглядами вынесших сундук, вернулись к разговору.

— Так что? Куда делась остальная часть денег? — повторил вопрос настороженно наблюдающей за всем происходящим в кабинете Крупской.

— Об этом вы никогда не узнаете, — отвернулась она и уставилась в пол. — Больше я вам ничего не скажу. И будьте милосердны, ради Бога, вызовите доктора. Неужели вы не видите, что я истекаю кровью?

— Я буду милосерден, — вздохнул. — Чтобы сохранить жизни миллионам простых людей, чтобы спасти от разрушения страну, конечно, буду очень милосерден…

Зубатов сообразил и кинулся меня остановить, но не успел, выстрел уже прозвучал. А я тяжело поднялся на ноги и шагнул в сторону открытой двери. На ходу обернулся:

— Уходим.

— Как же так, Николай Дмитриевич? — обернулся на выходе Зубатов.

— А вот так, — даже не замедлил шаг. — Поторапливайтесь, Сергей Васильевич. Слышите, свистят.

— Слышу, — И полковник аккуратно притворил за нами дверь в кабинет.

Догнал ковыляющего меня — бок неимоверно дёргало. Да так, что идти было тяжко. Подхватил под локоть, подстроился под шаг, потянул на выход. Свистки приближались.

— Успеем, — помог сесть в пролётку, устроился напротив, заставляя потесниться двух подчинённых. И приказал сразу же агенту на козлах. — Гони!

Само собой погнали мы в сторону от приближающихся к пабу свистков, постарались убраться подальше и запутать следы возможным преследователям. А то, что нас обязательно будут искать, мы не сомневались. Да и кто бы в подобном сомневался?

И убраться из города нужно было как можно быстрее. Вокзал, поезд отпадали, поэтому пришлось воспользоваться этой же пролёткой, вот только вместо востока поехали на север. Ничего, выберемся за окраины и уже тогда повернём, поедем в нужную нам сторону. Теперь главное не останавливаться и находиться постоянно в движении. И аптеки отпадают, никак нельзя настолько явный след оставлять. Перевязочные и дезинфицирующие материалы обязательно с этим происшествием свяжут. Там ведь и моей крови на полу лужица осталась…

По Кэмбриджской дороге до Уолтем-Абби и уже там свернули на восток. Около шести километров по слегка извилистой дороге и вот мы уже выехали за окраины этого городка. Ещё полкилометра и впереди раскинулся лес. Остановились на опушке, выгрузились. Я со стоном осторожно попробовал опуститься в траву, но ничего не вышло — рубаха присохла к ране, и малейшее движение вызывало резкую дёргающую боль.

Сергей Васильевич посмотрел на мои мучения:

— Так дело не пойдёт. Вот что, останавливаемся здесь и отдыхаем. Евгений Филиппович, возвращайся-ка ты назад, я там вроде бы ферму какую-то чуть в стороне видел, так ты прикупи нам какой-никакой провизии. Сыра, молока. Ну и колодец присмотри. Если получится, воды набери, а то придётся Николаю Дмитриевичу рану молоком промывать.

И уже вслед разворачивающему пролётку агенту крикнул:

— И заплатить не забудь! Узнаю, что просто отобрал, посажу.

Что именно пробурчал в ответ Евгений, мы уже не расслышали, скрип и стук колёс удаляющейся повозки не позволил этого сделать. А бурчал он точно. Зубатов ещё какое-то время постоял на месте, глядя в спину удаляющемуся подчинённому, похмурил брови, тут же скривился и явно отболи — про шишку-то он забыл, пошевелил усами, вздохнул и развернулся:

— Отдыхаем. Да не все, не все. Медников, пробегись по опушке, осмотрись. Может где какой родничок увидишь.

— Да нет здесь никаких родничков, Сергей Васильевич, — махнул рукой я. — Сколько проехали, а только одно озерцо и видели. Ни рек, ни ручьёв, ничего. Как в пустыне.

— А вы и в пустыне бывали, ваше благородие? — развернулся ко мне Спиридович.

— Его благородию много где довелось побывать, — не дал мне ответить Зубатов. — Потом он тебе об этом расскажет, если соблаговолит. А пока делом займитесь.

Каким именно делом заниматься подчинённым, полковник не обозначил, да они и не спрашивали, сами себе занятие нашли. Меня под руки подхватили и осторожно к старому поваленному дереву подвели. Куда и усадили. И под руки поддержали. И ведь ничего не скажешь, потому что сам я почти не мог шевелиться — присохшая к ране одежда при малейшем движении причиняла сильную боль. Настолько сильную, что сознание то и дело порывалось покинуть меня. С трудом его удерживал. А ещё голова кружилась от кровопотери.

Потом распрягли лошадку, стреножили и пустили пастись тут же, на опушке.

— Лесничего на вас не хватает, беззлобно пробурчал полковник. И добавил. — Если объявится, сами с ним разбираться будете.

— Разберёмся, Сергей Васильевич, — оглянулся на Зубатова Медников и улыбнулся доброй улыбкой. — Не извольте беспокоиться.

Отдыхали до обеда. Вернувшийся через час Азеф привёз всё необходимое и для перекуса(вот когда мы пожалели, что не прихватили съестного из паба, там этого добра столько было, что ого-го), и для перевязки. Даже воды добыл в двух больших кувшинах. И за всё добытое было честно уплачено, по крайней мере так доложил Зубатову Евгений, глядя на того чистыми ясными глазами, в которых не проглядывало ни грамма фальши.

После отдыха поехали дальше, через Брентвуд, Биллрикей и Уикфорд. Расстояние большое, пришлось остановиться на ночёвку, чуть-чуть не доезжая этого самого Уикфорда. Ещё один довольно-таки большой городишко, в который мы не рискнули, как бы этого не хотелось, заезжать.

— А ведь там наверняка есть где остановиться, — мечтательным голосом протянул Спиридович, оглядывая окраины раскинувшегося перед нами города.

— Принять ванну, выпить чашечку кофе, — подхватил я, выслушивая в ответ горестные вздохи товарищей.

— Никаких ванн и кофе, — решительно пресёк наши мечты полковник. — Разворачиваемся! Вернёмся назад, там в полуверсте за деревьями я вроде бы какие-то строения видел. Попробуем там насчёт ночлега договориться. В крайнем случае, если договориться не получится, то среди деревьев и заночуем.

— Лучше бы договориться, — проговорил я и многозначительно посмотрел на Евгения.

Азеф ничего не ответил, но в ответ согласно кивнул головой.

И договорился. А ведь прав был полковник, когда этого человека на разведку посылал. Насколько разнообразные у агента способности и одна из них умение договариваться…

Искали нас или никто не думал этого делать, я не знаю. Но до самолёта мы добрались без особых приключений. Ну не считать же за таковой ночёвку на огромном сеновале в эту ночь? В которую мне так и не удалось полноценно выспаться. А всё наш неугомонный Евгений. Он ведь и правда договорился и с хозяином хутора о нашем ночлеге, и об ужине для всех нас за чисто символическую плату, и даже с какой-то дальней родственницей хозяйки о поздней встрече за тем самым сеновалом. И полночи просто не давал нам всем спать.

По крайней мере мне уж точно. Герой-любовник то стучал чем-то тупым долго и равномерно о деревянные стены нашей сараюшки, да так стучал, что на головы нам периодически сыпалось сенное крошево вперемешку с трухой, то родственница эта самая начинала что-то лопотать на своём островном наречии, перемежая свои речи громкими вздохами и охами, то сам Евгений яростно взрыкивал, и тогда труха нам на головы сыпалась чаще и обильнее.

А может стучал не чем-то, а кем-то, но это уже не моё дело.

Но всё рано или поздно заканчивается, закончились и силы у нашего товарища. Только после этого наступила долгожданная тишина и я заснул. Правда, показалось мне, что доносились оттуда ещё какие-то подозрительные звуки, но усталость и последствия ранения взяли своё и я просто отключился.

Зато наутро удивительно свежий и бодрый до раздражения Азеф отрапортовал, что за проживание он с хозяйкой рассчитался полностью

Вот оно как, а я-то думал, что он с какой-то родственницей сговаривался. Оказалось, что нет. И что самое интересное, хозяин ни слова против никому не сказал. Странные они, эти островитяне, что б их…