Полная версия книги - "Кредо сиротинушки (СИ) - Номен Квинтус"
Сам Сунь Ятсен Валерию Кимовичу был, очень мягко выражаясь, глубоко неприятен — но пока он юридически был главой страны, с китайским президентом Саша хотел заключить несколько «обязывающих договоров». Причем Валерий Кимович считал, что подпись этого китайца с образованием деревенского знахаря, половину жизни проведшего за границей, вряд ли будет стоить использованной на написание договоров бумаги (по крайней мере с точки зрения китайских руководителей), но эти договора в дальнейшем обеспечат «международную легитимность» некоторых последующих действий России. Если, конечно, Российское уже правительство решит такие действия предпринять…
Лететь пришлось именно в Пекин, так как русское посольство в Нанкин переезжать вообще не собиралось. А в небольшом поместье возле Пекина, посольством приобретенным, имелась и взлетная полоса, вполне достаточная для приземления самолета. И в посольстве Саша провел почти неделю — пока дипломаты по телеграфу договаривались о переговорах с китайским президентом, а затем он все же вылетел в Нанкин. На переговоры с китайцем Саша потратил еще пять дней, за которые мнение о китайском президенте и будущем основателем Гоминдана у него сильно все же поменялось. И если раньше Валерий Кимович считал китайского президента просто националистом, то в ходе переговоров он выяснил, что этот малограмотный крестьянин еще был насквозь пропитан и каким-то рабским преклонением перед «европейской цивилизацией», причем вершиной этой цивилизации он считал «цивилизацию» французскую и американскую. А еще он выяснил, что основным идеологическим конфликтом с Юань Шикаем — командующим китайской армией — как раз и было то, что господин Юань искренне считал, что ни французы, ни американцы, ни англичане не являются именно «вершиной цивилизации» и именно он всячески старался британцев из Китая выгнать. Но у него просто сил не хватало, военных сил, да и «политическая борьба» с господином Сунем ему в этом сильно мешала.
А в результате Саша в китайским президентом вообще ни о чем не договорился — зато смог договориться с Юань Шикаем. И тот — в обмен на поддержку китайской армии поставками оружия и продовольствия — подписал нужные Саше договора. Которые, понятное дело, он собирался нарушить как только представится первая же возможность, но тут уже Саша твердо знал: будет поздно. Совсем поздно…
И домой Саша вылетел уже попрощавшись с президентом Китая Юань Шикаем: китайские военные пришли к выводу, что «этот хакка» (а Сунь Ятсен был как раз представителем этого «малочисленного» народа, а не ханьцем) ведет страну в совершенно неверном направлении и «временного» президента поменяли уже на постоянного. Недоучившийся лекарь вроде успел сбежать в Шанхай, но насколько ему бегство удалось, Саша так и не выяснил, да ему это пока и не особо интересно было. Потому что международные договора (даже те, которые другая сторона исполнять не очень и собирается) — дело святое, и поводов «партнеру» давать для расторжения договоров давать все же не стоит. А чтобы поводов не давать — нужно свои обязательства по договору все же выполнить, а для этого требовалось очень серьезно поработать. Да и прочих дел поднакопилось немало, так что домой парень летел вовсе не на отдых, да и путь предстоял совсем не прямой.
Три договора были на первый взгляд для нынешнего Китая в чем-то даже выгодными: территории народов халха, маньчжуров и уйгуров получали определенную автономию и теперь центральная власть не должна была «заботиться о процветании этих людей», а еще на этих территориях «признавались экономические интересы России». То есть полная экстерриториальность Порт-Артура с окрестностями и двадцатикилометровой зоны вокруг КВЖД, а так же «равные с местными права» на обустройство различных предприятий и инфраструктурных объектов, которые становись собственностью уже российских компаний. А так как уже довольно давно это самое «местное население» люто ханьцев ненавидело и всячески старалось им нагадить везде, где только получалось, китайская армия высвобождала изрядные силы для окончательной зачистки южного Китая как от иностранцев, так и от сторонников «временного президента».
Теоретически такая автономия могла в перспективе привести как раз к тем результатам, которые запланировал Валерий Кимович — но чтобы целей достигнуть, нужно было потрать очень много времени и сил (а так же просто невероятное количество денег), поэтому Юань Шикай такие «последствия» даже в расчет не брал: он был уверен, что проделать такое будет не под силу даже таким «могучим странам», как США или Британия. Просто потому, что у них на все денег не хватит — однако он не знал, как правильно строить экономическую политику, а вот Саша — знал. И знал, откуда взять необходимые «несметные деньги»: согласно его планам все нужные средства эти территории сами заработают, причем довольно скоро. А вот куда они после этого повернут, было неясно.
Но о том, куда повернут «новые страны», возникшие на территории распадающегося Китая, Валерий Кимович решил отдельно позаботиться, правда, немного позже: все же китайский полководец был на самом деле очень грамотным военным, причем приверженцем германской военной доктрины, очень неплохо адаптированной к китайским реалиям. Но все же он был не очень молодым и очень больным человеком, а вот когда его уже не станет, возможны очень интересные варианты…
Однако все «варианты» — это неопределенное будущее, а вот определенное настоящее требовало выполнить множество вполне определенных обязательств. И в первую очередь — обязательств перед Персией, ведь на эту страну у Саши было далеко идущие планы. Поэтому одним из первых дел, которым он занялся, вернувшись в начале сентября домой, была проверка работы не очень большого завода, расположенного в Царицыне. Завода, на котором делались опреснительные установки. На заводе изготавливались все же не опреснительные заводы целиком, а только сами опреснители и солнечные панели, в которых морская вода нагревалась. Однако производство их было очень непростым, хотя бы потому, что все эти панели и дистилляторы изготавливались из нержавеющей стали, а сварка нержавейки — тот еще геморрой. И пока на всем заводе с трудом удалось подготовить пяток сварщиков, которые работу делали относительно качественно, так что два десятка панелей в стуки на заводе считали очень хорошим результатом, но требовались-то даже не сотни, а десятки тысяч таких панелей!
То есть производство уперлось в ту же самую проблему, с которой инженеры компании сталкивались практически везде: нее было квалифицированных кадров и готовить их самостоятельно было не из кого. А пятеро «самородков» погоды на заводе не делали, все же человеческие силы ограничены и больше они продукции дать были не в состоянии. А традиционный для русской дореволюционной промышленности способ решения проблем с персоналом (то есть где можно — вместо одного мастера нагнать толпу мужиков, а где мужиков нагнать нельзя, нанять иностранцев) тут не срабатывал. Просто потому что и иностранных сварщиков по нержавейке в природе не существовало, а толпа мужиков проблему решить уж точно не могла.
Поэтому Саша, собрав инженеров, предложил подумать об «альтернативном пути решения проблемы»:
— Я, конечно, совсем не специалист по части сварки металла, но точно знаю, что в целом режим самого процесса сварки довольно прост: нужно, чтобы электрическая дуга расплавляла металл электрода, но металл свариваемых деталей всего лишь сильно нагревала, чтобы листы не прожечь. И для этого требуется электрод держать на определенном расстоянии от свариваемых деталей, чтобы сам он плавился, но чтобы дуга не успевала расплавить детали. А так как варить тут приходится в основном прямые швы, режим сварки для каждого сварного изделия окажется в принципе одинаковым.
— Очень ценное замечание, — усмехнулся один из инженеров.
— Ну да, и я, специалистом не являясь, это понял. А еще я знаю, что измеряя силу тока в дуге можно довольно точно определять расстояние между электродом и металлом детали, так что если на основе измерения тока придумать механизм, подающий электрод в направлении места сварки так, чтобы дуга получалась именно такой, какая требуется, то от рабочего будет нужно только чтобы он правильно детали на стапель поставил и, возможно, следил за тем, чтобы воздух в сварочную камеру не поступал.