Полная версия книги - "«Спартак»: один за всех - Горбачев Александр Витальевич"

Амир Хуслютдинов

Если описывать Иваныча одним словом — легенда. Если описывать двумя словами — великая легенда.

Василий Уткин

Романцев, безусловно, лучший тренер в российской истории.

Игорь Рабинер

Это человек, который выиграл девять чемпионатов, четыре кубка, трижды вышел в полуфинал еврокубков. То есть количество трофеев и достижений Романцева можно перечислять очень-очень долго. Есть Романцев — есть трофеи, нет Романцева — нет трофеев. Все очень просто.

Олег Романцев

Когда стадион скандировал «„Спартак“ — чемпион», когда Шмаров забил Киеву, когда мы забили три гола «Аяксу», когда стадион «Бернабеу» аплодировал стоя… Это не пережить, даже если у тебя 200 метров яхта или 10 самолетов. Им такого счастья не пережить.

Как мудрецы говорили: если ты выбрал профессию по душе, ты ни одного дня в жизни не будешь работать. Вот я ни одного дня в жизни и не работал. Я получал удовольствие, делал все с удовольствием, проигрывал, выигрывал — это все мое. Так что я не работал. Я получал удовольствие.

Что было дальше

После ухода из «Спартака» Олег Романцев тренировал московское «Динамо» и раменский «Сатурн» — но ни там, ни там не продержался долго. Когда ему исполнился 51 год, он перестал работать тренером.

Константин Бесков умер в 2006 году. Олег Романцев не пришел на его похороны.

«Асмарал» в 1993 году вылетел из высшей лиги, а через несколько лет обанкротился. Создатель клуба Хусам Аль-Халиди в 2004-м поехал в деловую поездку в родной Ирак и пропал без вести. Его судьба неизвестна.

Федор Черенков до сих пор остается рекордсменом «Спартака» по количеству матчей, сыгранных за клуб. Закончив карьеру, он продолжал работать в «Спартаке»: тренировал молодежь, ездил по городам с ветеранами команды, неизменно вызывая восторг у болельщиков. Он умер в 55 лет, осенью 2014 года.

Георгий Ярцев внезапно умер в июле 2022 года. Они с Олегом Романцевым оставались ближайшими друзьями.

Андрей Тихонов стал бронзовым призером чемпионата России — 2004 с «Крыльями Советов» и вернулся в «Спартак» в возрасте 40 лет.

Илья Цымбаларь умер в декабре 2013 года в родной Одессе.

Василий Уткин умер в марте 2024 года. Последние много лет из-за политической позиции и конфликтов с телевизионными менеджерами он не мог работать на телевидении, но успешно перезапустил «Футбольный клуб» на ютьюбе и оставался одним из самых популярных российских спортивных журналистов.

Юрий Заварзин ушел из футбола в 2006-м и занимается ювелирным бизнесом. Григорий Есауленко ушел из футбола в 2011-м. Чем он занимается, неизвестно.

Андрей Червиченко продал «Спартак» вице-президенту «Лукойла» Леониду Федуну в 2004 году. Он ушел из футбола, но регулярно выступает в качестве эксперта в спортивных медиа и дает интервью.

В 2014 году у «Спартака» наконец появился свой стадион — в Тушино. Перед ним установлены памятники братьям Старостиным и Федору Черенкову; именем Черенкова также названа одна из трибун. Сейчас стадион называется «Лукойл Арена»: с 2022 года «Спартаком» владеет нефтяная компания «Лукойл».

Многие из игроков романцевского «Спартака» стали успешными тренерами. Станислав Черчесов выигрывал чемпионаты Польши и Венгрии, а в качестве главного тренера сборной России дошел с ней до ¼ финала чемпионата мира. Валерий Карпин превратил «Ростов» в претендента на чемпионство, а потом сменил Черчесова в сборной. Дмитрий Аленичев, Сергей Юран, Виктор Онопко и многие другие бывшие футболисты «Спартака» также теперь работают тренерами на разных уровнях.

Черчесов, Аленичев и Карпин успели потренировать и «Спартак», но ничего с ним не выиграли. После ухода Романцева «Спартак» сумел победить в чемпионате России только через полтора десятка лет — в 2017 году.

Олег Романцев остается самым титулованным тренером в истории российского футбола, а «Спартак» — самым титулованным и самым популярным клубом в стране.

Послесловие. Чрезвычайное игровое положение

Александр Горбачев

Когда я придумывал проект про «Спартак» девяностых, главный мой интерес был в том, чтобы посмотреть, как история команды встраивается в историю страны — и что мы можем нового узнать об эпохе, если посмотрим на нее через такую неочевидную линзу. Но тут сразу возникает такой вопрос: а каковы вообще отношения спорта с общественно-политическим контекстом? Можно вспомнить, как устроен наиболее привычный нам формат теленовостей: сначала — политика, экономика, потом какое-нибудь научное открытие, потом, отдельным блоком, спорт, а потом — прогноз погоды. Таким образом, место спорта оказывается где-то между культурой и натурой, между делами людей и делами стихии. Что по-своему логично, потому что, если вдуматься, именно за это мы спорт и любим: в нем, безусловно, действуют люди, но столь же на каком-то интуитивном уровне очевидно, что в нем имеют значение какие-то силы, людям неподвластные, — судьба, рок, удача, можно по-разному это называть.

В этом смысле спорт — он и внутри политики, и вне ее. И тут возникает еще один парадокс, очень современный: когда кто-то говорит, что «спорт вне политики», это в ста процентах случаев именно что политическое заявление. И вот вопрос: а насколько это вообще уникально российская история? Я имею в виду вот этот межеумочный статус спорта: чиновники, депутаты, публичные лица, сами спортсмены в один голос настаивают, что спорт — вне политики и тем самым как раз делают его пространством и инструментом политики. Ваня, вот ты близко знаком со спортивной жизнью Великобритании — там по-другому?

Иван Калашников

Мне кажется, тут важно, что мы с вами выросли в эпоху, когда политика в России, наверное, была важнее, чем все остальное. И события книги тоже происходят в эту эпоху. Это не значит, что все люди участвовали в политике, мыслили себя в ней, но совершенно точно масштаб политических изменений и потрясений, произошедших тогда, был гораздо более значительным, чем любые спортивные победы. Их тоже было много, но они на фоне остального смотрятся довольно обыденно.

В Европе таких потрясений не было, а спорт давно встроился в повседневную жизнь и в индустрию развлечений. И тут получается занятно. Например, в Англии спорт интересует нацию куда больше, чем в России, но при этом имеет куда меньшую политическую силу. Я помню, когда происходил Брекзит, мне было очень любопытно, будут ли британские политики, что называется, вепонизировать футбол. Как ни удивительно, этого фактически не произошло.

Сергей Бондаренко

Мне кажется, это старая советская интеллектуальная традиция: «давайте оградим футбол от политики». Политика — вещь очень грязная, и мы все это знаем, так что давайте попробуем сохранить какой-то островок, в котором этого не будет. Лучшие советские журналисты, писавшие о футболе, насколько я их понимаю, старались придерживаться этого внутреннего правила. Отчасти, конечно, это была та самая интеллектуальная игра с фигой в кармане. О политике мы не говорим, но говорим о футболе — и стараемся говорить, по возможности, сложно, свободно, не на языке соцреализма. В этом смысле «Спартак» действительно был командой для интеллигентов и интеллектуалов (если они вообще интересовались футболом). Но в итоге получалось, что футбол становился частью политики гораздо более инструментальным, брутальным образом. И занимались этим уже другие люди. В девяностых тоже было так.