Полная версия книги - "Урок второй: конец света - Шельхаммер Зильке"

– Хочешь что-то добавить? – поинтересовался учитель, пристально глядя на Элвина.

– Извините, – пробормотал Элвин, залившись краской.

– Вот видишь, это было не так уж сложно! – заметил господин Хагенбуш, а затем повернулся к классу.

– Посмотрите, есть ли в ваших приборах электромагнитная катушка. Она может выглядеть, например, вот так, – объяснил он и нажал кнопку на пульте, чтобы включить проектор.

Однако ничего не произошло.

Альва наклонилась к Тиллю и тихонько спросила:

– Теперь нам ещё и эту штуковину чинить придётся?

Впрочем, учитель прекрасно расслышал её слова.

– Нет, Альва, прошу, не надо. Хватит с нас отломанных «примыкающих реле-е-е-е»! – улыбнулся он и принялся осматривать проектор.

– Впрочем, вы с Тиллем очень бы помогли, если бы сходили к господину Петрулле за новым шнуром питания. С ним эта штуковина… – тут он постучал по корпусу проектора – сразу заработает.

Глава 5. Сто лет дежурства по кухне

– Почему Элвин вечно ведёт себя как поросёнок? – спросила Альва Тилля, когда они шли через фойе школы.

– Может быть, потому что он такой и есть, – проворчал Тилль и запустил йо-йо сначала по кругу, а потом сверху вниз.

– Но он ведь иногда бывает и милым, – не слишком уверенно возразила Альва и толкнула стеклянную дверь на улицу.

– Серьёзно? Никогда не подумал бы, – удивился Тилль и снова запустил йо-йо. – По-моему, если он и бывает милым, то лишь когда это ему выгодно, – добавил он, поразмыслив.

Тем временем они уже вышли из школы и зашагали по одной из гравийных дорожек в сторону главного здания, где располагался секретариат.

– Кажется, стихотворение на информационной доске связано с отключениями электричества, – сменила тему Альва.

– Да, я тоже так думаю, – согласился Тилль. – Ленни запишет нам стишок?

Альва кивнула.

– Да, конечно. Она ещё утром собиралась это сделать.

Вдруг послышалось хлопанье крыльев. Рядом приземлился Родриго, причём посадка вышла довольно жёсткой. Вид у него был такой, словно он только что пролетел сквозь вентилятор.

– Что с тобой случилось? – удивилась Альва.

– Там смерчи. Я в них попал, – хмуро ответила ворона, мотнув клювом в сторону спортивных площадок.

Повернув голову, Альва увидела, что над газоном и правда кружили в дикой пляске два небольших торнадо.

– Ты бы держался от них подальше! – посоветовала она вороне.

– Очень смешно! Спасибо за совет, а то я-то, конечно, специально туда полетел, – съязвил Родриго и обиженно упорхнул прочь.

– О чём он говорил? – заволновался Тилль.

Альва знала, что он был просто без ума от этой чудо-птицы, понимавшей язык людей. Но почему – оставалось для неё загадкой. Ведь Родриго только и делал, что ныл и ворчал.

– Жаловался, как обычно, – ответила она.

– Правда? А на что? – не унимался Тилль.

– На ветер, на людей, на погоду – да на всё подряд, – перечислила Альва. – Ему вечно всё не нравится. Этим он немного напоминает мою соседку.

– Рыбную фею? – уточнил Тилль. Они с Йонасом прозвали так Фридерику после недавнего случая с потопом, когда она, спасая рыб, гоняла ребят по всему саду. – А что с ней?

– Она постоянно на меня огрызается. Да и вообще не любит людей, прямо как Родриго.

– А откуда ты знаешь, что она не любит людей? – спросил Тилль.

– Она всё время одна и совершенно от этого не страдает, – ответила Альва.

– Ты уверена?

Он поймал йо-йо и снова медленно размотал шнур. Он всегда так делал, когда о чём-то напряжённо раздумывал.

– Да! У неё нет друзей. И что бы я ни сказала, она вечно грубит в ответ, – пожаловалась Альва.

– А ты её когда-нибудь спрашивала?

Альва помолчала. Вопрос застиг её врасплох.

– О чём? Почему она вечно грубит?

Ну уж нет, такой вопрос она Фридерике точно задавать не станет. Жить ей пока не надоело.

– Почему ей нравится быть в одиночестве, – пояснил свою мысль Тилль.

– Пожалуй, это тоже небезопасно, – вслух подумала Альва.

– Почему небезопасно? Она что, умеет извергать пламя?

Альва задумалась. Она ведь до сих пор так и не знала, каким талантом обладает Фридерика.

– Понятия не имею, – созналась она. – Но ей бы это пошло.

Меж тем они как раз подошли к двери секретариата. Альва постучала, а Тилль тем временем сунул йо-йо в карман. Господин Петрулла терпеть не мог, когда в приёмной появлялись летающие объекты, включая те, что привязаны к шнурку.

Не успела Альва шагнуть за порог, как господин Петрулла воскликнул:

– Альва Шрёдер! Что, опять?

– Ух ты, да я смотрю, у тебя тут поклонники, – шепнул ей Тилль, пока они шли к стойке секретаря.

– Только не говори, что твой планшет снова пришёл в негодность, – сердито сказал господин Петрулла, глядя на Альву как на мелкое противное насекомое, которое ему очень хотелось прихлопнуть газетой.

И всё лишь потому, что первый школьный планшет Альвы недавно всерьёз пострадал от воды. Причём даже не по её вине.

– Нет, господин Петрулла, конечно, нет! – поспешила заверить его Альва.

Тилль пришёл на выручку:

– Нас послал господин Хагенбуш. Ему нужен шнур питания для проектора, – объяснил он.

Однако господин Петрулла, казалось, ничуть не смягчился. Совсем наоборот.

– Шнур питания для проектора? – сорвался на визг школьный секретарь и воздел руки к небу. – Да он шутит? Откуда мне взять этот шнур? Из ребра своего вырезать?

Альва промолчала в надежде, что он не ждёт ответа.

– Для какого проектора? – спросил секретарь в следующую минуту, и Альва выдохнула с облегчением. На этот вопрос ответ у неё был.

Но Тилль её опередил:

– Для того, что стоит в электролаборатории!

– А разве у них там не хватает шнуров? Что за чушь! – не переставая ругаться, господин Петрулла обогнул стойку и стремительно вышел из приёмной.

Тилль с Альвой переглянулись.

– Как думаешь, он вернётся? – спросила Альва спустя какое-то время.

Тилль с усмешкой пожал плечами.

– Понятия не имею, – прошептал он. – Может быть, он отправился искать господина Хагенбуша, чтобы обругать его лично.

Потом наступила тишина. Они слышали, как в соседнем кабинете ходит, разговаривает по телефону и кашляет директор Францен.

Тилль тронул Альву за плечо, кивком указывая на стол господина Петруллы. Хм, и что же она должна была там увидеть? На редкость уродливое растение в горшке?

Вообще, на столе стояло много странного. Наверное, Тилль счёл забавным миниатюрную песочницу с крошечными грабельками и двумя камнями. Но прежде чем Альва успела это выяснить, дверь в приёмную вновь распахнулась и в неё вошёл господин Петрулла с чёрным кабелем в руках.

– Передайте, что это последний. Если и он пропадёт, господину Хагенбушу придётся рисовать картинки мелом на доске, – пригрозил он.

Альва протянула руку.

Секретарь пристально посмотрел на неё, не спеша отдавать кабель. Он что, размышляет, можно ли доверить ей шнур питания? Серьёзно?

Альва убрала руку. Похоже, не только планшеты, но и вообще любые вещи тут выдавались только после особой церемонии. Которая, очевидно, ещё даже не началась.

– Если вы его повредите, получите сто лет дежурства по кухне. У меня есть такие полномочия, – торжественно заявил господин Петрулла.

О-хо-хо, да как вообще можно повредить шнур? Прыгать через него, как через скакалку? Так он и от этого не испортится.

Альва заметила, что стоящий рядом Тилль послушно кивает и как будто даже робеет. Представление имело успех: кабель ему наконец вручили.

Вежливо поблагодарив секретаря, они покинули приёмную и даже успели закрыть за собой дверь, прежде чем расхохотались.

– Сто лет дежурства по кухне, – повторил Тилль с интонацией господина Петруллы, и они стали спускаться по лестнице, едва держась на ногах от смеха.